Телефон
+7 (34266) 2-24-77
Электронная почта
Песочные часы. Моему ангелу Анне Петровне Туголуковой в день рождения и друзьям, которые не отвернулись от меня, посвящается. 23 Мая 2018

Песочные часы. Моему ангелу Анне Петровне Туголуковой в день рождения и друзьям, которые не отвернулись от меня, посвящается.

Я сидела в лодке и пыталась что-нибудь  поймать, но видно рыбы не хотели стать едой для вредного кота Мурзика, который терся об мои  бока  и уронил ведро с водой, приготовленное для улова.
Вчера улов был хорош и окуньки сами прыгали в ведро, а сегодня жарко. Зной. Речка словно уснула. «В этом зное утопают звуки. И не раскрываются цветы». А камыши,  забывшие о ветре, пьют напиток солнца – желтизну. Я встала в лодке, со стороны хаты запахло борщом. Услышала голос отца: «Доню, обедать!» Свернув удочки, я наступила на кота, который дико заорал и напугал гусей, шедших тоже на обед. В два прыжка я была возле кухни, так как речка была в конце нашего сада. Вкусный обед бабули клонил меня в сон. Я во сне вижу: как блестит наша речушка, летний зной ушёл за кукурузное поле. А речка вдруг превратилась в красивую девушку, которая расчёсывала косу из ручьёв. А коса толстая, длинная как у сестры Зины. А я стою под этими ручьями. И струи воды, что-то невнятное мне шепчут.
Встаю на цыпочки, хочу губами поймать тугую, круглую струю. Она дугой взлетает звонко, спеша в орешник молодой и пересохший рот ребёнка  едва целуется с водой. А рыбы высунули  морды из воды, смеются. И мне так хорошо, так радостно… Но вихрь нежданный, жужжание пчелы в крынке, прервал мой сон. Вышла из хаты, стояла тишина. Куры зарывались в песок, Полкан дремал в будке. Солнце взъерошило мои волосы. Поцеловало в глаза и заставило умыться в бочке с водой. Удивлённо прислушиваясь к тишине, я спросила сама себя: «А где все?» Не улышав ответа, пошла на кухню.
- Шо, дитё, выспалось?
- Бабуля, а где все?
- Да кто где. Кто в магазин за сахаром пошёл, дед с батькой в поле поехали. Я варенье вам варю, скоро же вам ехать. Зимой чай пить будете, Украину вспоминать. Нас с дедом, козу Зойку.
Бабушкин голос задрожал, и из добрых глаз выбежала слеза и упала на морщинистые в мякоти абрикоса руки. Я подошла к бабуле, обняла.
- Не плачь, я люблю тебя. Ещё впереди целая неделя.
- Прости меня, доню, соринка в глаз попала.
Бабуля взяла рушник, где были вышитые крестиком петушки, казалось они мне подмигнули, и поднесла рушник к глазам.
- Доню, будь ласка, принеси из горницы песочные часы.
Я открыла шкаф. На самой высокой полке, как царь на троне, стояли часы, большие и тяжёлые. Мои предки отсчитывали время, глядя на них. Отец рассказывал, что у каждой семьи есть свой скелет в шкафу. Тайна. Мне казалось, что скелет в шкафу у бабули – это часы. Даже стекло, из которых они были сделаны, было холодное и казалось, что каждая песчинка несёт в себе тайну. Мне стало страшно, когда я взяла часы и чуть не уронила их на пол.
- Доню, тебя как за смертью посылать!
- За какой смертью? - ставя часы на стол, спросила я.
Бабуля посмотрела на меня, сказала.
– Да не слушай меня, просто так старые люди говорят.
Бабуля отрезала свежий кусок хлеба.
- Пей, доню, лучше молоко.
- Бабуля, а сколько здесь песчинок?
- Один Бог знает, - вздохнула бабуля, помешивая варенье.
- А откуда он знает? - настойчиво спрашивала я.
- Да у каждого из нас есть такие песчаные часы. У кого-то бежит ручейком песок, у кого- то по крупинкам, но у каждого свои часы. Закончится песок и человек пойдёт на небо, – тяжело опять вздохнула бабуля.
- Умрёт?
- Не знаю, как Богу угодно.
- Но можно их перевернуть, не унималась я.
- Молодёжь может, а старики уже нет.
Я поглядела на часы, маленькой струйкой выбегал песок.
- Бабуля, и для меня у Бога есть часы? И у папы тоже?
- И у мамы, и у батьки, и у деда, и у меня тоже.
Голос бабушки задрожал, и она снова поднесла рушник к лицу.
- А  вот почему, когда деда идёт со мной на рыбалку или лезет на горище за самосадом, ты ворчишь?
Бабуля закашляла, торопливо стала поправлять платок.
- Иди, доню, гусей с речки приведи.
Перепрыгивая через вилки капусты, шары арбузов, я припала на колени, поцеловав одного из них.
- Скорее поспевай, я тебя съем!
Не обращая внимания на крик бабули, я уже была возле речки. Любимая речка. Рыбалка, купание. Жемчужные брызги, когда играешь с солнышком в ладошки. Гуси не стали меня ждать, пока я накупаюсь, уже сами подымались по тропинке к хате. Во дворе отец с дедом выгружали сено.
Вечером дед снимал с чердака мешки. Я сидела под вишней, строгала ветку ножичком, подаренным отцом.
- Деда, а почему у тебя песок сыплется?
- Какой песок? Это же не песок. Це шелуха от семечек. Завтра в мешки наберём семечек, поедем с тобой на маслобойню. Олия вкусная будет. Ты же любишь хлебом в масло макать?
- Да бабуля говорит, что песок у тебя, ну из этого, ну места сыплется.
Я покраснела. Деда сел на перекладину лестницы, снял с головы картуз, тряхнул его об колено.
- Песок, говорит, сыплется?
Улыбнулся, одел картуз.
- А ты её сказки больше слушай. Да у неё ещё с молодости, песок стал сыпаться. Ну Дарьюшка!
Дед засмеялся, закашлял. Когда дед смеялся, он превращался в ребёнка, так как смеялся от души. Лицо становилось добрым, возле глаз как лучики солнца пробегали моршинки. В его синих глазах, как на батуте прыгали зайчики. От его смеха становилось легко и весело. После ужина бабуля попросила обратно отнести часы. Взяв их,  я спросила:
-А если хоть одна песчинка останется, я буду жить?
– Конечно, до ста лет, - заулыбалась бабуля.
Поставив часы на полку я почему-то, закрыв двери шкафа, подставила к нему стул, а ручки перемотала верёвкой. Будто боялась, что часы убегут. Облегчённо вздохнула и пошла спать. Долго не могла уснуть, всё думала о часах. Я вертелась с боку на бок, чем вызывала недовольство братьев и сестёр. Старая железная кровать предательски пела колыбельную, своим ржавым, скрипучим голосом.
-Ещё раз твоя кровать «заржёт», пойдёшь спать к своей козе Зойке, - рявкнул брат. Натянув одеяло на голову, я уснула. Снился сон, что иду по большому коридору. По правой и левой сторонам находятся ниши, освещённые светом. В них стоят песочные часы. В некоторых свечах песок закончился и горит свеча. Где-то в часах песок бежит быстро, а где- то по крупинкам. Иду дальше, вдруг стало темно. И я упёрлась руками в холодное стекло. Было страшно, очень темно, где-то раздавался стук падения чего- то. Я вспомнила, что у меня в кармане есть спички. Я забыла отдать их деду, когда разжигали печку в летней кухне. Зажигаю спичку, но она потухает и так пока в коробке осталась только одна спичка. Я зажигаю её, передо мной стоят высокие, даже выше моего роста, песочные часы. А на дне только несколько песчинок. А на стекле написана дата моего рождения, а даты смерти нет.
Солнце стянуло с меня одеяло. Вспомнив сон, я улыбнулась и, поцеловав  солнце в кружке с компотом, не одеваясь, в пижаме выскочили из хаты. Куры схватились за сердце, кинулись в рассыпную, напугав при этом Полкана, что тот бедный не залаял, а закашлял. рассмешив при этом аистов на крыше.
–Бабуля! Я буду жить!
Но бабули нигде не было. Я радостно бежала мимо сада, через речку в поле. Захотелось обнять и речушку, и сад, и поле с аистами и журавлями, любимую козу Зойку, и небо, и солнце. И обнимая всё это, я вдруг поняла, что хлебным квасом пахнет силос, спелой клюквой пахнет снег!

Подпись под фото: Мне казалось, что скелет в шкафу у бабули – это часы. Даже стекло, из которых они были сделаны, было холодное и казалось, что каждая песчинка несёт в себе тайну.


Возврат к списку